что такое спиноза определение

Значение слова спиноза

спиноза в словаре кроссвордиста

спиноза

Энциклопедический словарь, 1998 г.

Большая Советская Энциклопедия

Имена, названия, словосочетания и фразы содержащие «спиноза»:

Примеры употребления слова спиноза в литературе.

Однажды в руках первого нашего ученика, Марка Боргмана, я увидел книгу о Спинозе.

В улее Великого Белого Братства формировались Гермес Трисмегист, влияние которого на итальянское Возрождение было неопровержимым, как и на гностицизм Принстона, Гомер, галльские друиды, Соломон, Солон, Пифагор, Плотин, Иосиф Аримафейский, Алкуин, король Дагобер, святой Томас, Бэкон, Шекспир, Спиноза, Яков Беме, Дебюсси, Эйнштейн.

Спиноза отказывается от того, к чему пришла современная ему этика, сложившаяся под воздействием религии: он не рассматривает альтруизм как нечто относящееся к существу этики.

Вместо этого Альтюссер выдвигает понятие структурной причинности, связанной с концепцией видимого отсутствия причины у Спинозы.

И Кант, и Фихте, и Гегель, и Спиноза, и Бюхнер, и Шопенгауэр, и Кроче, и Бергсон.

Пуская очередные полемические стрелы в Канта, Гердер поднимал на щит учение Спинозы, доказывая его полную совместимость с христианством.

В природе, а в нее Спиноза включает и человека, господствует детерминизм, т.

Спиноза был сторонником детерминизма даже в области, в которой для Декарта и предшествующей философии царство детерминизма кончалось, т.

Прошел я, значит, мистиков и схоластов, Гартмана, Джентиле, Спинозу, Вундта, Мальбранша, Гербарта и познакомился с инфинитизмом, с совершенством Создателя, предустановленной гармонией и монадами, не переставая удивляться тому, сколь многое каждый из этих мудрецов мог сказать о душе человеческой, притом такого, что противоречило бы тезисам, провозглашаемым остальными.

В одной лекции, прочитанной в середине тридцатых годов, он защищал Спинозу и говорил, что если философия Спинозы еврейская, то и всю философию от Лейбница до Гегеля следовало бы считать еврейской.

В истории философии Мальбранш занимает промежуточное положение между Декартом и Спинозой.

Зато фундаментальное знание философии от Декарта и Спинозы до Бердяева и Бергсона позволяет ему забавляться неуютностью этих прекраснодушных левых профессоров, когда он, человек без формального образования, появляется на их семинарах.

Источник: библиотека Максима Мошкова

Транслитерация: spinoza
Задом наперед читается как: азонипс
Спиноза состоит из 7 букв

Источник

Спино́за

Спино́за (Spinosa) Бенедикт; Барух де Эспиноза (1632–1677), голландский философ-пантеист, один из основопо­ложников *историко-литературной критики библейской.

Спиноза родился в Амстердаме в семье еврейских вы­ходцев из Португалии. Отец вначале предназначал его к религиозной деятельно­сти и отдал в раввинскую школу, где Спиноза основательно изучил Ветхий Завет и древнюю иудаистскую литературу. В 1652 по жела­нию отца он покинул школу и некоторое время помогал ему в торговле, парал­лельно изучая латинский язык и философию (в частности, труды Р.Декарта). После смерти отца (1654) Спиноза целиком посвя­тил себя философии. Его неортодоксальные взгляды вызвали резкое осу­ждение раввината, и в 1656 он был публично отлучен от иудаистской религиозной общины (отлучение было снято лишь в 1927). За этим последовало изгнание Спинозы из Амстердама, после чего он посе­лился у своих друзей-сектантов (меннонитов и коллегиантов) в окрестно­стях города. Но учения их он не при­нял, до конца дней оставшись внеконфессиональным мыслителем. Через год Спинозе разрешили вернуться, и он погрузился в метафизические и гносеологические исследования.

Под влиянием главы республикан­цев Яна де Витта Спиноза написал и издал (анонимно) «Богословско-политиче­ский трактат» (1670), направленный против монархистов и кальвинистов. В нем Спиноза превратил библеистику в ору­дие борьбы за свободу совести. В 1672, после гибели де Витта, философ ли­шился политической поддержки. Он откло­нил предложение Гейдельбергского университета занять там кафедру философии, предпочтя оставаться свободным пи­сателем (на жизнь он зарабатывал шлифовкой линз). По свидетельству его первого биографа пастора Яна Колеруса, Спиноза практически осуществил свой идеал мудреца: он был человеком кротким, чуждым тщеславия, вел поч­ти аскетический образ жизни. Друже­ские узы связывали его со многими деятелями культуры. Скончался он в Гааге и, хотя не был крещен, был по­хоронен по протестантскому обряду. Первое собрание сочинений Спинозы вышло в Ам­стердаме в 1677 и вскоре было запре­щено голландским правительством.

По своей духовной направленности философия Спинозы была глубоко религиоз­ной. В основе ее лежала созерцатель­ная любовь к Богу. Но свою интуицию философ пытался заключить в узкие рамки математической логики. Он считал, что познание восходит к совершенст­ву по 3 ступеням (чувственное, аб­страктное и интуитивное познание). По его мнению, рациональная интуи­ция свидетельствует в пользу абсолют­ного монизма. Бог есть все – бесконеч­ная Субстанция, Которая включает в Себя и мышление, и протяженность (материю). Иногда Спиноза даже говорил о тождестве Бога и природы, чем давал повод считать его атеистом. Однако вернее было бы назвать Спинозу «акосмистом», ибо для него Божество, объем­лющее Вселенную, было единственной подлинной Реальностью. Поэтому он решительно отвергал обвинение в ате­изме. Можно сказать, что для Спинозы ниче­го, кроме Бога, не существует. Законы природы – это проявления Бога; Его нельзя мыслить вне мира; Он внутри него. Бог обладает неизменной приро­дой, которая детерминирует Его прояв­ления и в том числе человеческую во­лю. Богословская диалектика и антиномизм, столь яркие в учении *Бёме, не нашли никакого отклика в мировоз­зрении Спинозы. Он считал формальную ло­гику гарантом истины. Отсюда его не­удачная попытка постичь соотноше­ние Абсолюта и твари и его жесткий детерминизм, ради которого Спиноза жертво­вал свободой воли и личностным на­чалом и в Боге, и в человеке.

Идеи Спинозы, вначале забытые, с середины 18 в. стали оказывать большое влияние на европейскую мысль. Они отразились на взглядах *Лессинга, *Гердера, *Шеллинга и других философов. По мнению Вл.*Соловьева, «статический панте­изм Спинозы был необходим как пред­положение для исторического панте­изма Гегеля, а затем и положительной христианской философии».

Хотя Спиноза был глубоким знатоком Биб­лии, его монизм, в котором не осталось места для *Откровения Бога в истории, был бесконечно далек от *богословия библейского. Творение не было в гла­зах Спинозы свободным актом, преодолеваю­щим бездну между Сущим и тварью; все созданное он мыслил как модусы, проявления Божества. В этом он при­ближался к греческим философским систе­мам элеатов, стоиков, неоплатоников. Однако сам Спиноза был убежден, что его воз­зрения не противоречат Писанию. «Вместе с Павлом, – говорил он, – и, быть может, вместе со всеми древними философами, хотя и иным образом, я утверждаю, что все находится в Боге и в Боге движется». Познавая себя, мир познает божество. В свете этой мысли Спиноза понимал и явление Христа. Христос, по его словам, был «устами Божиими», Он «имел общение с Богом душа к ду­ше». «Мудрость Божия, т.е. мудрость, превышающая человеческую, приняла в Христе человеческую природу, и Хри­стос был путем к спасению». Спасение Спиноза трактовал как причастность к истин­ной «всеобщей религии человечест­ва», сущностью которой является совер­шенная этика (стоического типа).

Философ переводил Ветхий Завет на голландский язык, написал грамматику еврейского языка (1677). Но главным библейским трудом Спинозы счита­ется его «Богословско-политический трактат», над которым он работал в тече­ние 5 лет. В нем Спиноза подошел к Библии как к документу историческому, лите­ратурному и религиозному (в том смысле, как понимал религию сам Спиноза). Свою исходную герменевтическую позицию философ взял из *протестантской эк­зегетики. «Все познание Писания, – утверждал он, – мы должны заимство­вать из него одного». На этой предпо­сылке строятся 3 гл. правила *герменевтики Спинозы.

1) Толкователь должен учитывать природу и особенности еврейского языка, так как писатели Ветхого и Нового Завета были евреями. Необходимо знать спе­цифику еврейской письменности и грамма­тики, которыми обусловлены многие не­ясности, двусмысленности и спорные места в тексте.

2) Толкователю следует «собрать по­ложения каждой книги и свести их к существенным началам». Например, упот­ребление *антропоморфизмов и *натуроморфных образов должно быть пра­вильно понято в свете общего учения Библии о Боге.

3) Адекватная интерпретация Писа­ния будет неполной, если пренебречь изучением обстоятельств, времени и истории создания библейских книг. Именно в этом последнем пункте Спинозы проявил наибольшую оригинальность. Хотя он писал на 20 лет позже *Гоббса, он пер­вым предпринял попытку развернуто­го анализа проблем *атрибуции и *датировки ветхозаветных книг.

Опираясь на расшифрованные им указания *Ибн-Эзры, Спиноза рассмотрел *дублеты, *противоречия, *анахронизмы и лакуны в *Пятикнижии и пришел к выводу, что Моисею принадлежит лишь малая его часть (в частности, Книга Завета). Все остальное было собрано старейшинами и отредактировано Ездрой. Спиноза также показал, что Ис.Нав. со­держит в себе внутренние доказатель­ства более позднего происхождения, чем события, описанные в этой книге.

Философ подчеркивал, что в Писа­нии встречаются места, в которых выра­жено только личное мнение священных ав­торов (например, 1Кор.7:25–40 ). *Боговдохновенность для него сводилась к выражению в Библии «истинной рели­гии». «Откровенное Слово Божие не есть некоторое известное число книг, но простое понятие божественной мысли, открытой пророкам, именно: понятие о почитании Бога всем серд­цем путем соблюдения справедливо­сти и любви». Это Откровение не яв­ляется плодом философствующего ра­зума: философия и религия – сферы независимые. Именно откровение о жизни согласно вере и любви есть яд­ро Библии, сохранившееся неповреж­денным, несмотря на всю сложность истории священных книг. Высшие истины, провозглашенные Писанием, не могут быть затемнены ни ошибками переписчиков, ни другими человеческими несовершенствами Библии как книги. «Всеобщий Божественный закон, которому учит Писание, дошел до на­ших рук абсолютно неискаженным». *Предание в глазах Спинозы – это не что иное, как естественный «свет разума», с помощью которого соборы, иудейские и христианские, отобрали корпус *канона.

В соответствии со своим пантеистическим монизмом полностью игнорирует *историзм Священного Писания и, вопреки прямому смыслу Библии, делает Откровение исключительно имманент­ным фактом. По существу то, что от­крывается в Библии, для Спинозы есть лишь обнаружение истин, присущих человеческому духу от природы.

Многие исагогические гипотезы Спинозы не вы­держали испытания временем, однако его труд явился важным этапом на пу­ти становления библейской науки.

♦ Opera, Bd.1–4, Heidelberg, 1925; в рус. пер.: Переписка, М.,1932; Богословско-политический трактат, М.,1935; Избранные про­изведения, т.1–2, М.,1957.

● Паперна Г.А., Б.Спиноза, его жизнь и философская деятельность, СПб.,1895; *Ренан Э., Спиноза, в его книге: Сборник мелких статей и ре­чей, пер. с франц., СПб.,1895, т.1; Робинсон Л., Метафизика Спинозы, СПб.,1913; Соколов В.В., Спиноза, М.,1973; *Соловьев Вл., Понятие о Боге (в защиту философии Спинозы), Соч., т.9 (2-е изд.); Фишер К., Исто­рия новой философии, пер. с нем., т.2, СПб.,1906; Франк С.Л., Основная идея философии Спинозы, «Путь», 1933, №37; Вrоwn N.O., Scripture and Politics. 1.Philosophy and Prophecy. Spinosa’s Hermeneutics, «Political Theory», 1986, v.14, №2; прочую библиографию см. в указанных трудах.

Источник

Спиноза

Спиноза, Бенедикт

Бенедикт Спиноза (рожд. Барух Спиноза, ивр. ברוך שפינוזה ‎; лат. Benedictus de Spinoza ; 24 ноября 1632, Амстердам — 21 февраля 1677, Гаага) — нидерландский философ. Один из главных представителей философии Нового времени, рационалист.

Содержание

Биография

Барух де Спиноза родился в семье сефардских евреев, чьи предки после изгнания евреев из Португалии осели в Амстердаме. В семье Михаэля (Габриэль Алварес) и Ханны Деборы де Спиноза было пятеро детей: Исаак, Ребекка (оба от первого брака Михаэля), Мириам, Барух и Габриэль. Мать очень рано умерла от туберкулёза — в 1638 году, когда Баруху было всего 6 лет. Отец (до его смерти в 1654) ведёт преуспевающую семейную фирму по торговле южными фруктами. Спиноза посещает начальную религиозную школу «Эц Хаим», где изучает иврит, Тору с комментариями Раши, Талмуд и другую равиннистическую литературу, а также основы еврейского богословия и риторики. Уже здесь он знакомится с трудами Аверроэса и Аристотеля в средневековой интерпретации Маймонида (1135—1204). Позднее берёт уроки латыни. Спиноза говорил на португальском, испанском, голландском и немного французском и итальянском языках, владел литературным ивритом; разговорным языком в семье вероятно был ладино.

Учителями Спинозы были раввины — философ-каббалист Исаак Абоаб-да-Фонсека, Менаше бен Исраэль и Саул Мортера. Они усовершенствовали его интеллект и особенно способность аналитического доказательного рассуждения. Гёте считал, что Спиноза благодаря математической и древней раввинской культуре поднялся на вершину мышления, которая и доныне является целью всех спекулятивных устремлений.

Спиноза был знаком с трудами таких философов как Авраам ибн Эзра и Маймонид, Герсонид, а также с трактатом «Свет Господа» («Ор Адонай») Хасдая Крескаса. Особое влияние оказала на него книга «Puerta del Cielo» («Врата небес») каббалиста Авраама Когена Эрреры, который жил в Амстердаме и умер, когда Спиноза был совсем юным. К этим авторам необходимо добавить Леона Эбрео (то есть Иегуду Абарбанеля с его «Диалогами о любви» («Dialoghi d’ Amore»), аль-Фараби, Авиценну и Аверроэса. С. Дунин-Барковский также указывал на имеющуюся связь между «странной», как он выразился, работой Ибн Туфайля «Хайй ибн Йакзан» и концепцией Спинозы.

После смерти отца Барух и его брат Габриэль перенимают управление фирмой. Высказывания Спинозой «неортодоксальных» взглядов, его сближение с сектантами (коллегианты, течение в протестантизме) и фактический отход от иудаизма вскоре приводят к обвинению в ереси и исключению из еврейской общины (херем 1656).

Спиноза принимает имя Бенедикт (уменьшительное Бенто), продаёт свою долю в фирме брату и уезжает в пригород Амстердама Оверкерк. Однако вскоре возвращается и (пока ему ещё разрешено пребывание в Амстердаме) поступает учеником в частный колледж экс-иезуита «весёлого доктора» ван ден Эндена, где совершенствует латынь, учит греческий, философию (греческую и новую, в том числе Гоббса, Гассенди, Макиавелли, возможно, Джордано Бруно), естественные науки, обучается рисованию и шлифовке оптических стёкол (преподаёт иврит). Здесь же знакомится с трудами Рене Декарта (1596—1650), что расширит горизонт его творческой деятельности, но не повлияет на его «истинную веру» (как он высказывается о философских взглядах). Хотя Декарт и жил в Амстердаме длительное время, но, по-видимому, он и Спиноза никогда не встречались — Спиноза был тогда ещё слишком молод.

Вокруг Бенто группируется кружок преданных ему друзей и учеников — Симон де Фриис (Simon Joosten de Vries), Йарих Йеллес (Jarig Jelles), Пиитер Балинх (Pieter Balling), Лодевейк Майер (Lodewijk Meyer), Ян Рёйвертц (Jan Rieuwertsz), фон Шуллер (von Schuller), Адриаан Курбах (Adriaan Koerbagh), Йоханнес Курбах (Johannes Koerbagh), Йоханнес Боувмеестер (Johannes Bouwmeester) и др.

В 1660 Амстердамская синагога официально просит муниципальные власти осудить Спинозу как «угрозу благочестию и морали», и последний вынужден покинуть Амстердам, поселившись в Рейнсбурге (в то время центре коллегиантов) — деревне близ Лейдена. Шлифовка линз даёт ему доход, достаточный для жизни. Здесь он пишет «Краткий трактат о Боге, человеке и его счастье», «Трактат об усовершенствовании разума», бо́льшую часть «Основ философии Декарта» и первую книгу «Этики». Время от времени к нему наведываются студенты из близлежащего Лейдена. В 1661 Спинозу посещает один из председателей Лондонского королевского научного общества Генрих Ольденбург, переписка с которым длится затем многие годы.

В июне 1663 Спиноза переезжает в Воорбург, близ Гааги, где знакомится с физиком и математиком Христианом Гюйгенсом, филологом Фоссиусом (Vossius). В 1664 публикует в Гааге «Основы философии Декарта» (единственное сочинение, изданное под собственным именем Спинозы при его жизни) вместе с «Метафизическими размышлениями». Опубликованный анонимно в Амстердаме «Теолого-политический трактат» (1670) создаёт прочное мнение о Спинозе как атеисте. От серьёзных преследований Спинозу спасало то, что во главе государства стояли братья де Витт, благосклонно относившиеся к философу (Ян де Витт был картезианцем). Параллельно с трактатом (и во многом для него) он пишет «Еврейскую грамматику».

В мае 1670 Спиноза переезжает в Гаагу (с 1671 живёт в доме на канале Павильюнсграхт (Paviljoensgrachts); сейчас этот дом носит латинское название Domus Spinozana), где остается вплоть до своей смерти. В 1673 Спиноза отказывается от приглашения пфальцского курфюрста занять кафедру философии в Гейдельбергском университете, аргументируя это боязнью потерять свободу в высказывании мыслей. В 1675 он заканчивает «Этику» — труд, который в систематизированной форме содержит все основные положения его философии, но после того как в 1672 братья де Витт «потеряли власть» (были убиты в результате государственного переворота), он не решается опубликовать его, хотя рукописные копии ходят в кругу ближайших друзей. В 1675 Спиноза знакомится с немецким математиком Э. В. фон Чирнгаусом, а в 1676 остановившийся в Гааге Г. В. Лейбниц несколько раз посетил Спинозу, и в своей переписке Лейбниц впоследствии поспешил проявить крайнюю степень негативного отношения к иудеям, насмехаясь над ярко выраженной иудейской внешностью Спинозы (видимо принимая Спинозу за лицо всего народа…).

В воскресенье 21 февраля 1677 Спиноза умирает от туберкулёза (болезнь, которой он страдал в течение 20 лет, невольно усугубляя её вдыханием пыли при шлифовке оптических линз, курением — табак считался тогда лечебным средством), ему было всего 44 года. Тело предварительно хоронится 25 февраля и вскоре подвергается перезахоронению в общей могиле. Делается опись имущества (которое включает 161 книгу) и оно распродаётся, часть документов (в том числе, и часть переписки) уничтожается. Произведения Спинозы, в соответствии с его желанием, в том же году публикуются в Амстердаме Rieuwertsz с предисловием Иеллеса без обозначения места издания и имени автора под названием B. d. S. Opera Posthuma (на латинском языке), в 1678 — в голландском переводе (Nagelate Schriften). В том же 1678 году все произведения Спинозы запрещаются.

Философия

Свою метафизику Спиноза строит по аналогии с логикой в «Этике», его основном произведении. Что предполагает:

Такая форма гарантирует истинность выводов в случае истинности аксиом.

Применительно к «Этике» Спинозы следует, однако, упомянуть, что она, чётко ориентируясь на этот идеал, не всегда полностью удовлетворяет ему (это относится к доказательству отдельных теорем).

Субстанция

Субстанция у Спинозы, — то, что «существует само по себе и представляется само через себя» (Э:I, опр.). Субстанция (она же «природа», она же «бог» — «Deus sive Natura») существует только одна, то есть она есть всё существующее. Таким образом, Бог Спинозы не является личностным существом в традиционном религиозном понимании: «в природе Бога не имеют место ни ум, ни воля» (Э:I, сх. к т.17). Субстанция бесконечна в пространстве и вечна во времени. Субстанция, по определению, неделима: делимость — лишь видимость конечных вещей. Любая «конечная» вещь (конкретный человек, цветок, камень) является частью этой субстанции, её модификацией, её модусом.

Атрибут

Атрибут — то, что составляет сущность субстанции, её фундаментальное свойство. Нам известно только два атрибута — «протяжение» и «мышление», хотя их может быть бесконечное количество. Атрибуты совершенно независимы, то есть не могут влиять друг на друга. Однако как для субстанции в целом, так и для каждой отдельной вещи выраженность существования через атрибут протяжения и мышления согласуются: «Порядок и связь идей те же, что порядок и связь вещей» (Э: II, т.7).

Протяжение

Протяжение является определяющим признаком тела, к нему через «бесконечный модус движения и покоя» сводятся все «физические» характеристики вещей.

Мышление

Однако мир не только протяжён, ему присущ как минимум ещё один атрибут — мышление.

Термином «мышление» Спиноза обозначает бесконечную вещь, являющуюся причиной (Природа Создающая) всего содержания и процессов сознания (Природа Созданная), как в самой себе: ощущения, эмоции, собственно разум и т. п. Субстанцию в целом как вещь мыслящую характеризует «модус бесконечного разума». А так как мышление является атрибутом субстанции, то и любая единичная вещь, то есть любая модификация субстанции, обладает им (сознаёт не только человек, и даже не только «живое»!): все вещи «хотя и в различных степенях, однако же, все одушевлены» (Э:II, сх. к т.13). При этом конкретную модификацию атрибута мышления Спиноза называет идеей.

На уровне человека протяжение и мышление составляют тело и душу. «Объектом идеи, составляющей человеческую душу, служит тело, иными словами, известный модус протяжения, действующий в действительности (актуально) и ничего более» (Э:II, т.13), поэтому сложность человеческой души соответствует сложности человеческого тела. Естественно (это следует из независимости атрибутов), «ни тело не может определять душу к мышлению, ни душа не может определять тело ни к движению, ни к покою, ни к чему-либо другому» (Э:III, т.2).

Подобное «строение» позволяет объяснить и процесс познания: Тело меняется — либо в результате воздействия внешних агентов (других тел), либо в силу внутренних причин. Душа как идея тела меняется вместе с ним (или, что то же самое, тело изменяется вместе с душой), то есть она «знает» в соответствии определённым состоянием тела. Теперь человек чувствует, например, боль, когда тело повреждено и т. п. Душа не имеет никакой проверки полученного знания за исключением механизмов ощущения и реакций тела.

Причинность

Причинность. Причинность и есть то, что многие называют «волей Бога», поскольку она вечна и неизменна. Все должно иметь своё причинное объяснение, «nam ex nihilo nihil fit (ибо ничто не происходит из ничего)». Единичные вещи, действуя друг на друга, связаны жёсткой цепью взаимной причинной обусловленности, и в этой цепи не может быть никаких разрывов. Вся природа представляет собой бесконечный ряд причин и следствий, которые в своей совокупности составляют однозначную необходимость, «вещи не могли быть произведены Богом никаким другим образом и ни в каком другом порядке, чем произведены» (Э:I, т.33). Представление о случайности тех или иных явлений возникает лишь потому, что мы рассматриваем эти вещи изолированно, вне связи с другими. «Если бы люди ясно познали порядок Природы, они нашли бы всё так же необходимым, как и всё, чему учит математика»; «законы Бога не таковы, чтобы их можно было нарушить».

На уровне человека (как и на уровне любой другой вещи) это означает полное отсутствие такого явления как «свобода воли». Мнение о свободе воли возникает из мнимого кажущегося произвола действий людей, «свои действия они осознают, причин же, которыми они определяются, не знают» (Э:III т.2). Поэтому «ребёнок убеждён, что он свободно ищет молока, разгневанный мальчик — что он свободно желает мщения, трус — бегства. Пьяный убеждён, что он по свободному определению души говорит то, что впоследствии трезвый желал бы взять назад» (Э:III, т.2). Свободу Спиноза противопоставляет не необходимости, а принуждению или насилию. «Стремление человека жить, любить и т. п. отнюдь не вынуждено у него силою, и, однако, оно необходимо». Человеческая свобода есть проявление желания человека действовать в соответствии с порядком и связью вещей. Человеческое рабство есть отсутствие этого желания. Истинно свободной является лишь вешь, являющаяся причиной сомое себя, субстанция, Бог, Творец. Желание жить в соответствии с порядком и связью вещей и есть любовь к Богу, приносящее человеку спасение, или человеческую меру свободы. Религиозные заповеди (заповеди Моисея) прямо или косвенно могут быть рассмотренны как всё те же вечные законы, или как тот же порядок и связь вещей в природе (Богословско-политический трактат). Понятие причинности призванно главным образом указать на источник счастья и несчастья человека (в меньшей степени ради содействия развития физики). В отношенни к свободе человека очень важно понятие о «внешней помощи Бога» и «внутренней помощи Бога». Внешняя — когда порядок и связь вне человека (материальный мир) не вступает в противоречие с желанием человека произвести какое-либо действие (что можно назвать «в соответствии с порядком вещей» независимо от знания); Внутренняя — когда знание содействует человеку произвести действие в согласии с порядком и связью самих вещей. Отсутствие обоих есть человеческое несчастье.

Аффекты

Аффекты. Учение об эмоциях, или аффектах, играет для самого Спинозы первостепенную роль в философии (доказать способность разума сопротивляться аффектам — основная задача «Этики»). Аффектом называется как состояние человеческой души, имеющей смутные или неясные идеи, так и связанное с этим состояние человеческого тела. Основных аффектов, переживаемых человеком, три: удовольствие, неудовольствие и желание. Аффекты, возникнув от тех или иных причин, могут слагаться друг с другом многочисленными способами, образуя всё новые и новые разновидности аффектов, страстей. Их разнообразие вызывается не только природой того или иного объекта, но и природой самого человека. Власть аффектов над людьми увеличивается вследствие всеобщего предрассудка, будто люди свободно владеют своими страстями и могут в любой момент от них избавиться. Аффекты-страсти могут заполнять всё сознание человека, упорно преследовать его, вплоть до того, что находящийся под их воздействием человек, даже видя перед собой лучшее, будет вынужден следовать худшему. Бессилие человека в борьбе со своими страстями Спиноза называет рабством (Э:IV предисл.).

Естественные желания являются формой рабства. Мы не выбираем, чтобы иметь их. Наше действие не может быть свободно, если оно подчиненно силам вне нас. Рассудок и интуиция (ясное непосредственное постижение) призваны направить намерения человека на любовь к Богу (Спиноза сравнивает их с «добрым духом, указывающим» верный путь), и этим самым действия человека будут в соответствии в порядком и связью вещей в природе, и освободить человека от подчинения страстям. Избавление от рабства к страстям влечёт к осознанию абсолютного рабства к Богу, что и является человеческой свободой. Как только мы узнаем, что являемся частью системы мира и подчинены неизменным законам, мы понимаем, насколько не хорошо для человека было бы желать, чтобы вещи были отличны от того, что они есть — «все вещи необходимы … в природе нет ни добра, ни зла». Это означает, что вредно завидовать, ненавидеть и чувствовать вину. Так как «каждая (даже неодушевлённая) вещь стремится к поддержанию своего существования» (кстати это положение отражает неизменный порядок и связь вещей и выведено из него), то «Хорошо» и «Плохо» сводятся к «Полезно» и «Вредно», что в свою очередь должно быть определено исходя из порядка и связи вещей в природе (вечной и неизменной воли Бога). Аффекты же возникают от неверного мнения о «хорошем» и о «плохом».

Спиноза и каббала

Соломон Маймон, в молодости изучавший каббалу, обратил внимание на близость к ней спинозизма: «Каббала — это только расширенный спинозизм» («erweiterter Spinozismus»). Впоследствии К. Зигварт, А. Крохмаль, Я. Фройденталь, Г. Вольфсон, С. Дунин-Борковский, И. Сонн, так же как Г. Шолем, были очень внимательны к каббалистическим следам в философии Спинозы. Как отмечал еврейский исследователь Исайя Сонн, в 17 в. противники Спинозы утверждали, что философское содержание его «еретической» философии было почерпнуто из каббалы, в то время как её математическая форма унаследована от философии Декарта. Спинозизм, таким образом, — это «каббала в геометрической одежде». В те времена связь спинозизма с каббалой использовалась как обоснование для его суровой критики. Например, картезианцы считали, что Спиноза исказил философию Декарта из-за своей зависимости от каббалистических идей, и даже такой выдающийся мыслитель как Н. Мальбранш соглашался с этим обвинением.

Одна из первых и наиболее известных попыток связать философию Спинозы с каббалой была заявлена двумя книгами И. Г. Вахтера, вышедшими в самом начале XVIII века. Первая — «Der Spinozismus im Judenthums, oder, die von dem heutigen Judenthumb und dessen Geheimen Kabbala, vergoetterte Welt, an Mose Germano sonsten Johann Peter Spaeth von Augsburg geburtig befunden under widerleget» — появилась в Амстердаме в 1699 году. В ней Вахтер занял очень отрицательную позицию по отношению к каббале, и тем самым также осудил еретика Спинозу и атеистическую философию, предположительно проистекающую из каббалы. Однако во второй книге — «Elucidarius Cabalisticus sive reconditae Hebraeorum philosophiae recensio» (Romae, 1706) — Вахтер даёт краткий очерк еврейской оккультной философии и её связи со Спинозой. В этой книге он утверждает, что каббала — это «спинозизм до Спинозы» («Spinozismo ante Spinozam»), и тем самым реабилитирует Спинозу от своих прежних обвинений.

Лейбница также заинтересовала эта проблема. В «Теодицее» он пишет: «Один немец, уроженец Швабии, несколько лет тому назад ставший иудеем и распространявший своё догматическое учение под именем Моисея Германуса, смешав это учение с воззрениями Спинозы, думал, что Спиноза возродил древнюю Каббалу евреев; кажется также, что один учёный [Вахтер], опровергавший этого еврейского прозелита, разделял такое мнение о Спинозе».

Сам Спиноза признавал, что изучал каббалистические книги, но выразил чрезвычайно отрицательное отношение к ним: «Читал также и, кроме того, знал некоторых болтунов-каббалистов, безумию которых я никогда не мог достаточно надивиться». Однако Дунин-Борковский правильно прокомментировал это место: «Контрасты иногда бывают источником подстрекательства и возбуждения». Уничижительное замечание Спинозы в «Богословско-политическом трактате» было адресовано каббалистической экзегезе Библии; оно не имеет никакого отношения к вопросу о влиянии каббалы на его философию, например, на концепцию имманентности.(См.: Нечипуренко В. Н. Спиноза в зеркале еврейской философской и мистической традиции // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Общественные науки. 2005, № 1. С.13-21).

Философия Спинозы в России

Философией Спинозы интересовались и упоминали в своих работах такие отечественные авторы как Феофан Прокопович, Александр Галич и Николай Надеждин.

В настоящее время изучением философии Спинозы в России занимаются такие российские учёные как Т. А. Дмитриев, Н. В. Мотрошилова, С. В. Кайдаков, К. А. Сергеев, И. С. Кауфман, А. Д. Майданский. При этом следует отметить, что количество и широта тематики российских спинозоведческих исследований пока уступает зарубежным (начиная с конца 1960-х годов «спинозовский ренессанс» привел к количественному и качественному росту на всех основных европейских и мировых языках — английском, испанском, итальянском, немецком и французском).

Источник